Энциклопедия · Культура и история
Чтение 1 минута. Ниже кнопка на научную часть.
В Россию везли не только листовой чай. Треть кяхтинского ввоза 1848 года это кирпич, спрессованный из высевок и остатков чайного производства.
Дорога работала полтора века. Договорную рамку ей дал Кяхтинский трактат 1727 года, первый торг в Кяхте прошёл 25 августа 1728 года, и на него пришли десять русских и четыре китайских купца. Чай шёл из Ханькоу рекой, морем, снова рекой, а последний участок верблюдами: Калган, Урга, Кяхта. Ехал он в цибиках, ящиках с ребром около шестидесяти сантиметров, обшитых шкурой, весом до 35 килограммов. Путь по суше занимал 68-85 дней, морской вдвое меньше. Полвека торг шёл без денег: расчёт деньгами и кредитом запрещал закон, действовавший с 1800 по 1855 год. Везли два товара сразу, и кирпич делали из остатков листового производства.
Что с этим делать
Чего мы не знаем
Что делала с чаем сама дорога, никто не измерял: работ о влажности и окислении в пути нет ни одной. Дату первого и последнего казённого каравана в Пекин рецензируемые источники тоже не называют.
Великий чайный путь это сухопутный маршрут китайского чая в Россию с XVIII века до конца XIX: Ханькоу, Калган, Урга, пограничная Кяхта, Нижегородская ярмарка. Договорную основу дал Кяхтинский трактат 1727 года, первый торг прошёл 25 августа 1728 года. Везли два товара сразу, байховый лист и кирпич из высевок, и полвека торг шёл без денег. Дорогу закрыли пароход и Суэцкий канал: уже к 1866 году три четверти чая на Нижегородской ярмарке были морскими.
Прямая двусторонняя торговля двух империй началась официально с Нерчинского договора 1689 года (s9). Договорную рамку самой Кяхте дал Кяхтинский трактат 1727 года: четвёртая статья установила режим свободной и беспошлинной приграничной торговли, а числу купцов пекинского каравана положила предел в двести человек, «которые по каждых трех летах могут приходить единожды в Пекин» (s6). Трактат заключили на основе предварительного Буринского договора того же года; точной даты подписания эта работа не называет, только год (s6). Слобода поднялась быстро: к осени 1728 года она уже стояла (s6), а первый торг прошёл 25 августа 1728 года, и на него пришли десять русских и четыре китайских купца (s1). В 1743 году Кяхта получила привилегию торговой слободы (s2). Казённые караваны в Пекин казна держала до 1762 года, когда практику отменили и торг открыли частному капиталу (s1). Ровно в тот же год граница закрылась на шесть лет, а в 1785 году на семь (s2).
Маршрут собирался из воды и суши. Чай шёл из Ханькоу рекой на Шанхай, морем в Тяньцзинь, снова рекой в Тунчжоу, а дальше верблюдами на Калган, Ургу и Кяхту (s1). Китайская сторона везла его около 3400 миль до Маймачена, русская дальше, 3800 миль до Нижегородской ярмарки (s7); китайская историография меряет всю дорогу от Уишаня до Петербурга в 13 000 километров (s12). Ехал чай в цибиках: ящик с ребром около шестидесяти сантиметров, обшитый шкурой, весом до 35 килограммов (s1). Шкур на эту обшивку в начале 1850-х уходило восемьдесят тысяч в год (s1). Сроки посчитаны по архивам: доставка из Ханькоу до Кяхты через Монголию занимала 68-85 дней, морем из Ханькоу до Одессы 35-40 (s3).
Торг держался на мене. Закон, запрещавший торговать с китайцами деньгами и кредитом, действовал с 1800 по 1855 год (s5). В 1854 году китайцам разрешили брать за чай серебряные изделия, но не свыше трети стоимости мануфактурных товаров или мехов, а в 1855 году правительство допустило наличный расчёт в частной торговле (s2). К 1854 году на Кяхте торговали 58 купеческих домов с оборотом 10,3 миллиона рублей (s5). Чай к тому времени занимал около девяноста процентов китайского вывоза через Кяхту (s2), а по подсчёту за 1851-1860 годы 95 процентов ввоза (s8).
Везли не один товар, а два. За 1848 год через Кяхту прошло 369 995 пудов чая: байхового 253 746 пудов, кирпичного 116 249 (s10). Кирпич делали из хуасяна, то есть из высевок и остатков производства байхового чая (s4). С 1863 года его начали прессовать сами русские: первая русская фабрика открылась в провинции Хубэй, сырьё скупали в Аньхуа, Янлоудуне, Чаншоугане и других уездах (s4). В 1864 году хубэйские фабрики дали 10 500 ящиков, в 1894 году ханькоуские 197 452 (s4). В 1878 году на русской фабрике в Ханькоу впервые сделали плиточный чай (s4). За 1885-1894 годы чёрный кирпичный занял 78 процентов выпуска, обыкновенный кирпичный 14, плиточный 6, зелёный кирпичный 2 (s4). Сама закупка к тому времени переехала: после тайпинского восстания шаньсийские купцы ушли из Фуцзяни в Хунань и Хубэй, и Ханькоу заменил Фуцзянь как центр русской скупки (s12).
Объяснение, которое дают работы, экономическое, а не вкусовое. Русские предприниматели, пришедшие во внутренние районы Китая после 1860 года, «сразу начали производить кирпичный чай; они осознали преимущества такого товара при доставке по суше: он был прост в изготовлении, дешев, хорошо продавался в Монголии по дороге в Кяхту, в Восточной Сибири, среди соседних азиатских народов» (s11). Про вкус в литературе сказано другое: русские покупатели держались мнения, что переход через пустыню делает вкус караванного чая лучше, и работа фиксирует это именно как убеждение покупателя (s7). Она же отмечает, что в Бухаре, Ташкенте и Кабуле, куда шли те же сухопутные караваны, преобладал зелёный чай (s7).
С 1862 года действовали «Правила приграничной сухопутной и морской торговли между Россией и Китаем» (s11), и ввоз чая западной границей перестал быть исключением (s5). Уже к 1866 году три четверти всего чая, проданного на Нижегородской ярмарке, были кантонским, то есть морским, а не кяхтинским (s7). Суэцкий канал сократил оборот капитала с четырёх или пяти месяцев до двух или трёх (s5). Примерно с 1888 года обороты кяхтинского торга падают неуклонно (s5). Ввоз чая в Россию при этом продолжал расти: среднегодовые 75 тысяч пудов за 1801-1810 годы превратились в 1077 тысяч за 1881-1890 (s1). Рос не путь, рос спрос.
В 2019 году китайская часть маршрута вошла в национальный предварительный список объектов Всемирного наследия КНР, и это именно китайский список, а не список ЮНЕСКО (s13). На Предварительном списке ЮНЕСКО с 2025 года стоит монгольская секция маршрута: двенадцать объектов, среди них Маймачен и Кяхта (s14). Дорога кончилась. Ассортимент её остался.
| Что | Значение | Источник |
|---|---|---|
| Договорная основа торга | Кяхтинский трактат, 1727 год | s6 |
| Первый торг в Кяхте | 25 августа 1728 года, десять русских и четыре китайских купца | s1 |
| Ящик-цибик | ребро около 60 см, обшит шкурой, до 35 кг | s1 |
| Срок доставки Ханькоу и Кяхта, по суше | 68-85 дней | s3 |
| Срок доставки Ханькоу и Одесса, морем | 35-40 дней | s3 |
| Ввоз чая, среднегодовой внутри десятилетия | 75 тыс. пудов в 1801-1810, 1077 тыс. пудов в 1881-1890 | s1 |
| Состав ввоза 1848 года | байховый 253 746 пудов, кирпичный 116 249 пудов | s10 |
| Доля кирпичного в ввозе 1848 года | 31,4 процента | наш расчёт по s10 |
| Литров термоса по протоколу 10/100/4/20 в одном цибике | до 3500 | наш расчёт: s1 и наш протокол |
| Позиций полки с двух концов маршрута | 10 из 120: шесть уишаньских красных, четыре аньхуаских тёмных | наши данные |
Наш собственный протокол заваривания подходит двум рецептам полки из ста шестнадцати. Оба пуэрные. Зелёному чаю он не подходит ни одним из своих чисел.
«Ферментация» на этикетке улуна и на этикетке пуэра это одно слово для двух механизмов: у 85 из 120 сортов полки работает один, у 13 другой.
Блин, кирпич и рассыпной чай из одного и того же листа почти не отличаются по составу, а привычная граммовка вроде 357 г на блин не норматив, а просто рыночный обычай.